Две публикации в газете «Красная звезда» о боях в Ливане в 1982 г.
«В долине Бекаа»
Мотор джипа натужно ревел, но машина упрямо двигалась по крутому склону. Смогла бы, видимо, достичь и вершины, но, когда до неё оставалось метров сто, сидевший за рулем сирийский офицер старший лейтенант Мустафа Хаддур заглушил двигатель — Дальше нельзя, — сказал он. — Опасно. Стреляют. Идём по ходу сообщения и через две-три минуты оказываемся на ровной площадке, вокруг которой вал из земли и камней.. Посредине площадки в углублении танк. Следы гусениц расходятся по нескольким направлениям к валу, где оборудованы огневые позиции. Чуть вперед, за наружную линию вала, выдвинут наблюдательный пункт, обложенный мешками с песком. Командир танковой роты капитан Ахмет Мустафа показывает, рукой на запад: — Перед вами долине Бекаа. Всмотритесь — впереди позиции сионистов.
Бекаа... Это слово, мало кому известное ещё совсем недавно, сейчас часто звучит в эфире, мелькает на страницах газет. Здесь в июне нынешнего года вторгшиеся в Ливан войска израильских агрессоров нанесли удар по сирийским подразделениям, находившимся в Ливане по мандату Лиги арабских охран. Сионистские заправилы в те дни не скупились на хвастливые заявления о том, что сирийская армия будет разгромлена в считанные часы, что путь на восток будет открыт. Но вот загремели выстрелы, и содержание, и тон голосов из Тель-Авива начали меняться. Сирийцы достойно ответили на вероломный удар. Если агрессору где-то удалось потеснить их, то лишь ценой больших потерь. А на некоторых участках фронта оккупанты вынуждены были спасаться бегством, бросая технику и оружие. Словом, бои в Бекаа усилили решимость сирийцев противостоять захватническим планам сионистов.
И ещё один из бесспорных итогов боёв — развенчание культивируемого сионистской пропагандой мифа о непобедимости израильской армии, превосходстве её техники, в частности американской, которой она в основном оснащена.
— Черев позиции пошей роты, ~ рассказывает капитан Ахмет Мустафа, — не прошла ни одна боевая машина врага. Мы подбили одиннадцать танков сионистов и более десяти бронетранспортёров.
Офицер говорит и о своих потерях, но они были меньше, чем у агрессора, хотя на стороне последнего был фактор внезапности в нанесении удара.
С наблюдательного пункта капитан Мустафа показывает рубежи, где были остановлены израильские танки. Наступление они начали рано утром. Первым двигался бульдозер, расчищая дорогу танкам. Задача уничтожить бульдозер была поставлена одному из лучших экипажей. Командует им старший лейтенант Ахмет Маджит. Бульдозер был подбит с первого выстрела. Позднее этот экипаж поразил два вражеских, танка.
Деталь за деталью восстанавливает Ахмет Мустафа картину боя. Получив отпор, израильтяне отступили, оставив четыре горящих танка. Над полом боя появилась израильская авиация. Трудно, конечно, пришлось сирийским танкистам, пока не подоспели на помощь свои самолёты. Новый натиск врага рота встретила точным огнем. Сохранить высокую боевую способность помогло то, что для каждого танка были оборудованы запасные позиции, обеспечившие возможность манёвра.
Когда израильтяне, оставив на поле боя ещё одну горящую машину, отошли, командир роты увидел то, чего, откровенно говоря, никогда не ожидал от своих подчинённых — людей мужественных, отнюдь не склонных к сентиментальности. Солдаты вылезли из танков и раскинув руки, в порыве благодарности припали телами к броне.
— Советские танки зарекомендовали себя хорошо, — включился в разговор подошедший на НП командир батальона майор Абдуллватыф Хусейн. — Это наше общее мнение.
И вновь старший лейтенант Мустафа Хаддур ведет джип по дороге среди нагромождений огромных валунов. Невольно думаешь о том, сколько нужно приложить труда, чтобы очистить здесь участок под сад или делянку для кукурузы. Участки разные. Один крохотный, просматриваемый насквозь. Другой раскинулся широко. Разные и дома в деревне, через которую мы проезжали, от вросших в землю глинобитных лачуг до трёхэтажных особняков с большими застеклёнными балконами...
Многие ливанцы узнавали Хаддура, обменивались с ним приветствиями, дружественно махали руками. Офицер, которому хорошо знаком сельский труд, разговаривал с местными жителями, находя с ними полное взаимопонимание Он родился в семье крестьянина, недалеко от города Латакия. Родители и сейчас живут в деревне. Собирался Мустафа поехать на родину, но помешала израильская агрессия. Одно из самых дорогих воспоминаний детства для него — родники, сосны и березы вблизи деревни. — Березы?— переспросил я. — В Сирии тоже растут березы,— подтвердил Мустафа. Суровые придорожные картины не располагают к долгим воспоминаниям. Воронка с черной обугленной землёй, разбитые валуны — следы израильских артналётов и бомбёжек. Их тем больше, чем ближе мы подъезжаем к позициям другого сирийского подразделения.
Навстречу нашей машине из-за огромных камней вышел среднего роста круглолицый офицер. Представился — командир танковой роты Махфуз Али. Ротой командует недавно, с девятого июня, когда сменил погибшего в бою старшего лейтенанта Ахмета Балхи. Всего рота уничтожила восемь израильских танков. Первый вражеский танк — это была машина израильского производства «Меркава» — поразил наводчик сержант Исса Нассар из экипажа командира роты. Прошу сержанта рассказать, как это было. Стрелял на расстоянии примерно два километра. Попадание — с первого снаряда. Все видели, как слетела башня с вражеского танка, и он загорелся. Какой была реакция личного состава роты на первый успех?
— Все радовались, — с улыбкой ответил старший лейтенант Али. — А главное, мы ещё лучше осознали то, что было доказано ещё в 1973 году, когда наши войска сражались с сионистами на Голанских высотах: израильских агрессоров можно успешно бить.
Многие танки роты, в том числе и командирская машина, хранят следы боёв. В башню командирского танка попало три 105-мм снаряда. В мостах попаданий — лункообразные выбоины. Но танк и сейчас находится в боевых порядках.
Следующая встреча — в подразделении, которым командует старший лейтенант Муххамед Хадыр. На счету подразделения — четыре подбитых вражеских танка и два бронетранспортёра. Танки поражены ПТУРС.
По мнению Муххамеда Хадыра, один из уроков борьбы с израильскими агрессорами, противником безусловно сильным и коварным, состоит в том, что нужно лучше организовывать взаимодействие между различными родами войск, в частности пехотинцами, артиллеристами и подразделениями противовоздушной обороны,, Это подтвердил и присоединившийся к нем позднее лейтенант Назым Махфуз, командир расположенной невдалеке зенитной установки, на счету которой один сбитый израильский самолёт.
Характерная деталь боевых порядков в обороне — все боевые и транспортные машины находятся в окопах. Одни окопы глубже, с тщательной маскировкой, другие ещё предстоит оборудовать так, как требуют суровые законы боя. Это тоже урок недавних боёв: надежное инженерное обеспечение — важнейший фактор успеха.
Близился вечер. Солнце почти скрылось за горами. Но с наблюдательного пункта ещё хорошо видна передовая линия израильских позиций. До неё всего несколько сот метров. Видны танки в окопах, машины, подъезжающие с тыла одна за другой. Над одной из высот развевается бело-синий израильский флаг с шестиконечной звездой — красноречивое подтверждение экспансионистских замыслов Тель-Авива в отношении ливанских земель.
Многие данные подтверждают, что оккупанты усиливают подготовку, к новому этапу агрессии. Как сообщает ливанская газета «Орьянжур», только после 20 августа израильтяне перебросили в долину Бекаа сотню своих танков. Имеются и свидетельства иностранных корреспондентов, в частности из английской «Таймс», о том, что оккупанты пытаются надолго обосноваться на чужой земле, строят дороги и казармы, явно готовясь к зимней кампании. Тем нужнее высокая бдительность для всех, кто противостоит агрессору, в том числе и для сирийских бойцов в долине Бекаа. Все чаще в печати разных стран, в том числе сирийской и ливанской, указывается и ещё на одну цель сионистов - ослабить Сирию, нанести новый удар по её войскам, находящимся в Ливане в соответствии с решением Лиги арабских стран, вытеснить их оттуда и заставить таким образом примириться с потерей Голанских высот, а может быть, сделать и эту страну более уступчивой давлению со стороны Израиля и США. Планы коварные, враждебные не только сирийскому народу, но и опасные для дела мира.
Едва стемнело, как над позициями сионистских агрессоров взвились осветительные ракеты. Оккупанты нервничают. И ночью не знает покоя долина Бекаа. Есть лишь один путь к установлению здесь, как и на всей ливанской земле, мира и спокойствия — уход израильских захватчиков.
(«Красная звезда» 31.08.1982г. Кашуба Г. полковник «В долине Бекаа»)
Воздушные бойцы начеку»
Удивительно быстро меняется придорожный пейзаж. Высокая гора, наполовину срытая бульдозерами. Здесь добывают горную породу — прекрасное сырье для производства цемента. Фруктовые сады, в том числе и с непривычными для глаза гранатовыми деревьями с тонкими продолговатыми листьями. Строящийся завод с большими корпусами песчаного цвета. Впечатление от разнообразия пейзажа усиливается мчащийся навстречу потоком машин различных марок. Вот промелькнул знакомый силуэт «Нивы», которая, как и другие советские машины, завоевала здесь хорошую репутацию. Много автобусов, самосвалов.
Всё дальше и дальше уводит дорога от Дамаска. Но, странное дело, каждый новый километр воспринимаешь как естественное продолжение оживлённой столичной улицы. Конечно, и напряжённость движения здесь не та, и реже увидишь высунутые но кабины руки водителей, многие из которых предпочитают затейливые, только им попятные жесты и сигнализацию. Откуда же тогда мысль о схожести? Не оттого ли, что и там, в Дамаске, и здесь движение воспринимается как некий символ, как примета, отражающая стремление сирийского народа к процветанию страны, к мирному созидательному труду, к тому, чтобы над этой многострадальной землей, на которую в разные века зарились многие чужеземные завоеватели, сохранялось чистое небо.
С упоминания о чистом небе и в прямом (за несколько дней пребывания здесь я ни разу не видел облака), и в переносном смысле этих слов я начался наш разговор с командиром Н-ской части сирийских военно-воздушных сил.
— Мы видим свою задачу в том, чтобы стоять на страже чистого неба нашей родины, — сказал он. — В том, чтобы быть всегда в готовности дать отпор агрессору. В кабинете командира на втором этаже двухэтажного, утопающего, в зелени здания штаба хорошо чувствуется напряжённый ритм жизни авиаторов. Через открытые окна доносится гул самолётных двигателей. — Начинаются полёты, — говорит командир на русском языке и приглашает посмотреть аэродром, учебные корпуса.
К стоянкам самолётов идем по аллее, густо обсаженной деревьями. В одних рядах — стройные кипарисы, раскидистые эвкалипты, груши с буроватыми плодами, кряжистые сосны с длинными иголками. И среди них — благоухающие розы, другие цветы. Непросто создать такой оазис на местности без естественных водоёмов, за счёт искусственного полива. И ещё одна деталь, свидетельствующая о трудолюбии и о любви авиаторов к своему городку. Здесь сооружён один на лучших в республике бассейнов. Когда мы проходили мимо него, в голубой воде плескались дети. Отцы были на полётах.
На посадку заходит самолёт. Вглядываюсь в его стремительные красивые очертания. Узнаю МиГ. Приятная встреча, как с земляком, вдвойне радостно оттого, что о «земляке» я уже слышал немало добрых слов от командира части, других офицеров.
— Прекрасная машина, — говорит командир эскадрильи подполковник Морис Джорджус, — выносливая, манёвренная, способная выдержать большие перегрузки. Самолёт заруливает на стоянку. Дышат жаром его турбины. Кажется, что ему не терпится вновь подняться в небо. Как и лётчику, только что вылезшему из кабины. Плотно сбитая фигура, обтянутая противоперегрузочным костюмом, живые выразительные глава, вьющиеся смолистые волосы над высоким лбом. Нарисуй портрет — получился бы обобщённый образ сирийского лётчика.
Знакомимся. Капитан Нафия Сельму. Ему всего 25 лет, но он уже командир звена, имеет около 700 часов налёта. С МиГами знаком ещё с училища, летал на разных модификациях, хорошо знает все этапы совершенствования этой боевой машины. Родился в Дамаске. Там родители живут и сейчас. Отец — шофер, мать — домохозяйка.
Особо примечательная строка появилась в лётной биографии капитана Сельму в июне нынешнего года. Ему, как и другим лётчикам этой части, пришлось участвовать в боях с израильскими воздушными пиратами. Это было в те дни, когда оккупанты, вторгшиеся я Ливан, нанесли удар и по сирийским войскам, находящимся в этой стране по решению Лиги арабский стран, и с согласия ливанского правительства. Лётчики выполняли задачу по прикрытию наземных войск.
В то дни в газетах назывались цифры, характеризующие потеря обеих сторон. Правители Тель-Авива и сейчас ещё пытаются ввести в заблуждение мировое общественное мнение, своих соотечественников относительно масштабов этих потерь. Тем более не хотели они сказать правду тогда, стремясь всячески поддерживать созданный ими миф о непобедимости израильской армии, о неуязвимости израильских воздушных пиратов. Но шила в мешке не утаишь. Всему миру стали видны отблески от костров горевших израильских танков американского и собственного производство. Развеяна и легенда о непобедимости сионистских пиратов неба. Десятки из них нашли свой бесславный конец на ливанской земле. Воздушные разбойники Тель-Авива обрели несмываемое пятно позора, закрепили за собой позорную репутацию громил и безжалостных убийц мирных жителей.
Среди тех, кто развенчивал рожденные сионистской пропагандой мифы, — капитан Сельму и его боевые товарищи. Прошу рассказать Нафию, как выглядел бой, в котором он сбил израильский самолёт F-15. Офицер начал оживлённо говорить, изображая движением рук боевое маневрирование своего самолёта. Переводчик не успевал за ним, испытывая трудности с переводом авиационной терминологии. Тогда капитан Сельму ваял мой блокнот и несколькими четкими штрихами изобразил картину своего поединка с F-15. Победа далась непросто. Враг был изощрённый. Детали боя, несомненно, представляют профессиональный интерес для лётчиков, они тщательно анализируются на занятиях. В классе тактической подготовки я видел схему этого боя с подробными пояснениями. Боевой опыт активно используется в практике повседневной учебы.
— Не менее важен и морально-психологический эффект этой и других побед, одержанных нашими лётчиками, — сказал Сугель Ибрагим, офицер службы политической ориентации. — Они укрепляют у наших бойцов веру в свои силы, в высокие качество советской авиационной техники.
В тех воздушных сражениях открыли свой боевой счёт и многие другие лётчики. Командир авиазвена майор Фауас Идрис в одном воздушном бою сбил два израильских самолёта. Два самолёта сбили действующие парой майор Гишам Хамый и лейтенант Ахмат Корш. Каждый воздушный поединок чем-то обогащает тактический арсенал авиаторов. Различны виды манёвров, приёмы использования ракетного и пушечного вооружения, но есть и общий вывод из всех победно завершившихся боёв; успех на стороне того, кто в совершенстве овладел техникой, кто смел, напорист, кто стремится навязать врагу свою волю.
— Недооценка врага не менее опасна, — подчеркивает командир части, — чем робость перед ним. Нельзя не признать, что израильский агрессор — враг коварный, сильный, хорошо вооружённый. Но бесспорно и то, что такого врага — и наши лётчики убедительно доказали это — можно успешно бить.
Война без жертв не бывает. Командир части, как и другие офицеры, с болью говорили о понесённых потерях. Некоторым лётчикам удалось спастись с помощью катапультирования, отдельные же не вернулись на родной аэродром. Гибель боевых товарищей отозвалось в сердцах авиаторов гневом и ненавистью. Мне рассказывали, как рвались в бой лётчики, горя желанием отомстить агрессорам. Чувство локтя, товарищество — одна из сильных черт сирийских воинов. В части есть музей боевой славы. Центральное место в нем занимают экспонаты, рассказывающие о подвигая лётчиков в боях с сионистскими агрессорами в 1973—1974 годах.
Нескольким лётчиком было присвоено звание Героя Сирийской Арабской Республики. Есть в музее и материалы, рассказывающие о недавних сражениях. Боевая летопись продолжается. Перед отъездом из городка я показал командиру части номер газеты с сообщением о том, что израильский министр обороны выступил с неприкрытыми угрозами в адрес Сирии, заявив, что Дамаск «сейчас находятся в пределах действия израильской артиллерии», и попросил его прокомментировать это наглое заявление.
Вот что он оказал: «Господин Шарон щедр на обещания и угрозы. Он, например, обещал покончить с палестинцами за 72 часа, говорил, что вся война обернется лёгкой прогулкой. Известно, однако, чем закончились эти пророчества».
...Над зелёным городком авиаторов всё так же ярко светило солнце. И небо было таким же чистым и голубым. Ни одного облачка. Только белопенный след от МиГа, крылатого друга сирийских лётчиков.
(«Красная звезда» 30.08.1982г. Кашуба Г. полковник «Воздушные бойцы начеку»)
Камни не исполняют желаний. Их исполняем мы сами, четко следуя однажды выбранному пути. - майор Кальтер - Свинцовый закат
