Как-то саудовский шейх Ямани, один из отцов – основателей ОПЕК, отвечая на вопрос: «Насколько цена нефти зависит от решений ОПЕК, а насколько – от рыночных факторов?» заметил: «Первые две цифры (до запятой) определяет ОПЕК, а последние (после запятой) – фундаментальные факторы».
Мысль о том, что современные рынки в той или иной степени управляемы, разделяется практически всеми игроками и аналитиками, это не является откровением. Проблемы возникают при попытке определить мотивы игроков, способных генерировать управляющий импульс. Постулат очевидной экономической целесообразности, лежащий в основе поведения любого участника рынка, позволяет создавать более-менее надежные прогностические конструкции, используя понятийный аппарат технического и фундаментального анализа. Но время от времени появляются данные, противоречащие привычным моделям. В «точках бифуркации» исторического процесса происходят события, позволяющие предположить, что долгосрочные стратегии в управлении рынками имеют несколько иные цели, чем получение прибыли в интересах акционеров.
Практически все серьезные источники категорично утверждают, что корпорация «Де Бирс» отказалась сотрудничать с гитлеровской Германией. Центральная сбытовая организация алмазного монополиста заблокировала продажи алмазов Третьему Рейху, это обстоятельство крайне негативно сказалось на развитии германской оборонной промышленности и послужило одной из косвенных причин военного поражения нацистского государства.
Действительно, корпорация «Де Бирс» всегда была и остается жемчужиной британской короны, возглавляется семьей Оппенгеймеров - этническими евреями, выходцами из Германии и традиционно имеет тесные связи с банкирскими домами Ротшильдов и Морганов. Это, безусловно, серьезные обстоятельства для возникновения неустранимых противоречий с автором «Майн Кампф». Как раз в 1933 году (к моменту прихода Гитлера к власти) Лондонский Алмазный Синдикат был преобразован в Центральную сбытовую организацию, президентом которой стал владелец «Де Бирс» Эрнст Оппенгеймер. В 30-х – 40-х годах через ЦСО осуществлялись продажи около 94% мировой добычи алмазов так что «Де Бирс», без сомнения, была в состоянии полностью перекрыть поставки Германии.
Германия же являлась пионером в применении технических алмазов – вначале в виде абразивов для шлифовки лучшей в мире оптики «Цейс». В 1927 году Крупп запатентовал материал “Widia” (wie Diamant - "как алмаз"). Этот агломерат карбида вольфрама и кобальта совершил революцию в металлообработке – скорость и чистота резки самых твердых сталей возросли на порядки. Но затачивать резцы из Widia можно было только алмазным инструментом. Примерно в это же время немецкие машиностроительные фирмы создают и внедряют технологии и алмазный инструмент для финишного хонингования, позволяющего увеличить ресурс двигателей автомобилей, самолетов, танков и подводных лодок в несколько раз. На очереди были алмазные фильеры для проволоки для радиоэлектроники и еще десятки, если не сотни, областей применения алмаза в военно-промышленном комплексе. И все эти технологии в огромном объеме стали востребованы именно с 1933 года, когда Гитлер порвал Версальский договор и обеспечил Крупу, Тиссену, Сименсу, Цейсу и другим грандам германской индустрии небывалый в истории оборонный заказ.
Ну и конечно, нельзя не вспомнить «Рыцарский крест» - высшую степень «Железного креста», с дубовыми листьями, мечами и бриллиантами, вожделенную мечту головорезов, энергично готовящихся к «прогулке» по Европе.
Немцы были пионерами в алмазных технологиях, но и остальные участники предстоящей битвы оценили их возможности. В 1939 и 1940 годах мировая добыча технических алмазов составила 10,5 и 11,2 млн. карат соответственно. Это в три с лишним раза превосходило результат 1933 года. Впервые в истории рынка объем продаж технических алмазов по стоимости стал сравним с объемом продаж ювелирных. По качеству производимых вооружений Германия шла вровень с будущими противниками, а в некоторых областях – артиллерия, оптика, авиация, моторостроение вырвалась вперед.
Итак, 94% мировой добычи алмазов контролировала «Де Бирс», а Германия, располагая самыми передовыми технологиями с алмазной компонентой, должна была за пятилетку произвести танковые, авиационные и корабельные армады – десятки тысяч самых совершенных на тот момент машин. И даже не за пятилетку – первые «Ме-109» появились в небе Испании в 1936 г. Неужели такой технологический рывок был совершен на неподконтрольных мировой монополии 6% алмазов, разбросанных среди мелких дилеров на трех континентах? Или сумрачный германский гений справился с задачей без алмазов?
В марте 1935 года между Германией и СССР был заключен кредитный договор на 200 млн. марок. Это был связанный кредит – на эту сумму Советский Союз должен был получить промышленное оборудование, необходимое прежде всего для развития ВПК, в частности более 1100 металлорежущих станков. По этому и другим аналогичным кредитам, а также по прямым закупкам СССР получил громадный парк немецких металлообрабатывающих станков, только в 1940 – начале 1941 года объем поставок составил 6430 штук!
Первые партии этого оборудования стали устанавливать на оборонных заводах Москвы и Ленинграда в 1936 году. Для заточки резцов, правки резьбошлифовальных кругов и т.п., станки были укомплектованы алмазным инструментом. Без него они работать не могли. Более того, аналогичные станки швейцарского производства, закупаемые в эти годы Советским Союзом также комплектовались немецким алмазным инструментом. Германия была крупным экспортером алмазного инструмента! При колоссальных темпах развития собственной военной индустрии.
Хорошо известно, что министр вооружений Третьего Рейха Альберт Шпеер добился поразительного результата – германский ВПК непрерывно наращивал количество выпускаемых вооружений в течении всей войны: так в 1940 году было выпущено 1803 танка и САУ, а в 1944 г. и начале 1945 года - 23478, причем значительно более совершенных и технологически более сложных моделей. В «Воспоминаниях» Шпеера можно найти несколько горьких сетований по поводу дефицита вольфрама, молибдена или никеля. По поводу алмазов там нет ни слова. В алмазах фатерлянд нужды не испытывал – прецизионные станки работали на полную мощность до весны 1945 года.
Откуда же поступали алмазы в Рейх?
В 30-е годы прошлого века единственной страной - экспортером сырых алмазов, правительство которой было лояльно настроено к Гитлеру, была Бразилия. Остальные значимые экспортеры (прежде всего ЮАР) либо входили в состав Британского содружества и здесь корпорация "Де Бирс" непосредственно контролировала добычу и сбыт, либо контроль осуществлялся через соглашения с ЦСО (например, компания "Форминьер" в Бельгийском Конго).
В Бразилии осенью 1930 года в результате военного переворота к власти пришел харизматический диктатор Жоселио Варгас, исповедующий идеи, близкие к концеции "корпоративного государства" Бенито Муссолини. Варгас действительно предпринял ряд шагов к сближению с нацистской Германией, но одновременно интенсивно развивал связи с США, пытаясь балансировать между мощными игроками. Эта игра продолжалась относительно недолго: в 1938 году радикальные армейские круги предприняли попытку фашистского путча и Варгасу пришлось сделать выбор. Подавив путч, он окончательно принял сторону США и уже в 1942 году бразильские войска сражались в Италии на стороне союзников.
Бразильские россыпные алмазные месторождения отрабатывались старателями, не объединенными в сколь - нибудь крупные компании. Централизованно управлять такой добычей, а тем более прогнозировать ее, было невозможно. Ряд попыток организовать промышленную добычу с применением современного горного оборудования потерпел неудачу как по экономическим причинам, так и из-за нестабильности политической обстановки в районах добычи. Кроме того, в аллювиальных месторождениях процентное содержание кристаллов ювелирного качества обычно выше, чем в коренных, гаримпейрос интересуют именно такие алмазы, к техническим они относятся без энтузиазма. Поэтому теоретически Бразилия с 1933 по 1938 годы могла быть источником технических алмазов для Третьего Рейха, но источником крайне скудным и ненадежным. Масштабное производство современного оружия требует долгосрочного жесткого планирования поставок необходимых материалов, практика алмазодобычи в Бразилии этому требованию не удовлетворяла абсолютно.
В период с 1939 по 1944 годы мировая добыча технических алмазов составила 54,08 млн. карат. Считается, что военно-промышленный комплекс США израсходовал в годы Второй мировой войны около 30 млн. карат. Поскольку совокупная мощность ВПК США и союзников была сравнима с мощностью ВПК стран Оси (иначе война не продолжалась бы так долго), следует признать, руководствуясь соображениями здравого смысла, что ВПК Германии, Италии и Японии должны были ежегодно потреблять миллионы карат технических алмазов. Очевидно, что доля Бразилии в этих поставках в лучшем случае исчисляется единицами процентов.
Тем не менее, ряд современных источников утверждает, что в германском металлообрабатывающем оборудовании, поставленном в СССР в 1936 - 1941 гг. использовались бразильские технические алмазы. Более того, утверждается, что Советский Союз получал бразильские алмазы и по прямым поставкам. Таким образом скользкий вопрос снабжения тоталитарных держав стратегическим материалом получает внешне непротиворечивый ответ - источником был также диктаторский режим. Чрезвычайно удобная точка зрения, тем более, что точной информации об объеме и структуре добычи и каналах сбыта бразильских гаримпейрос не существует в принципе.
Два человека могли бы дать по этой проблеме исчерпывающие пояснения. Министр вооружений Германии Альберт Шпеер по должности был обязан знать, откуда, в каком количестве и на каких условиях Третий Рейх получал алмазы. Он свободно пишет в "Воспоминаниях" о поставках, например, легирующих материалов из Норвегии, Финляндии, Турции, но Бразилию в качестве источника стратегического сырья не упоминает ни словом. Шпеер опубликовал "Воспоминания" в 1969 году, после того, как свыше 20 лет провел в Шпандау в качестве одного из главных нацистских преступников. Не подлежит сомнению, что эта книга носит отпечаток и внешней и внутренней цензуры. Неужели для Шпеера и его цензоров был так важен светлый образ бразильского диктатора Жоселио Варгаса - второго человека, который мог бы точно ответить на интересующий нас вопрос? Вряд ли, к 1969 году Варгаса давно уже не было на политической арене - он застрелился в 1954 году.
Скорее всего Шпеер не упомянул Варгаса по той простой причине, что поставки алмазов из Бразилии, если они и были, не играли никакой существенной роли для военной индустрии Германии. Единственный мировой рынок, на который Бразилия могла реально влиять в 30-е и 40-е годы, это рынок кофе. Ресурс важный, но бесконечно далекий от сферы интересов Шпеера. Попытка же придать бразильскому диктатору образ суперигрока, снабжающего стратегическим сырьем противоборствующие стороны мирового конфликта выглядит как "операция прикрытия", удачная маскировка реального процесса, в котором действовал совсем другой игрок, действительно обладающий такими возможностями. А вот этого игрока Шпеер упомянуть не мог, если (в отличие от Рудольфа Гесса) после перенесенных мытарств хотел тихо скончаться в собственной постели.
В начале нашего столетия на нескольких Интернет-сайтах, зарегистрированных в США, появилась информация, практически проигнорированная аналитиками алмазного рынка, но воспринятая аналитиками рынка финансового (в частности, на ее основе появилась публикация на ресурсах валютного рынка "Forex"). Суть этих публикаций сводится к следующему. В 1940 году администрация Франклина Рузвельта провела ряд совещаний, посвященных вопросам мобилизации экономики США в условиях войны. Одной из тем этих консультаций была оценка роли технических алмазов в оборонной промышленности, прогнозирование их потребления и ревизия запасов. Было признано, что имеющийся у США запас может покрыть не более годовой потребности и необходимо в экстренном порядке закупить не менее 6,5 млн. карат у "Де Бирс". Особенное беспокойство вызывали вполне реальные в 1940 году планы нацистов по захвату Британских островов (операция "Морской лев"), в этом случае хранящиеся в Лондоне стоки "Де Бирс" могли попасть в руки гитлеровцев, что по мнению американских аналитиков вообще делало невозможным для США ведение боевых действий.
В результате последовало обращение американской администрации к владельцам "Де Бирс" в котором предлагалось срочно поставить 6,5 млн. карат технических алмазов и перевезти стоки "Де Бирс" в США, обезопасив их от угрозы захвата нацистами. Неожиданно американцы получили категорический отказ. Эрнст Оппенгеймер заявил, что по его подсчетам у США вполне достаточно алмазов для текущих нужд оборонной промышленности и "Де Бирс" будет по-прежнему придерживаться ежемесячного графика поставок. Что же касается перевозки стоков в США, владелец "Де Бирс" оценил это предложение как "смехотворное" и вообще отказался обсуждать. Тогда Госдепартамент обратился непосредственно к Уинстону Черчиллю. При формальном согласии последнего с аргументами американцев, предложение подверглось саботажу со стороны руководителей государственных структур, отвечающих за алмазный сектор. Американская разведка быстро выяснила, что эти правительственные чиновники являются бывшими высокопоставленными сотрудниками "Де Бирс". Рузвельту ничего не оставалось делать, как прибегнуть к самому весомому аргументу, находящемуся в его распоряжении и пригрозить заблокировать поставки военной авиации в Британию. Это подействовало: "Де Бирс" согласилась поставить в США 1 млн. карат и перевезти стоки в Канаду.
Администрация Рузвельта осталась недовольна таким паллиативным решением и продолжала настаивать на первоначальных требованиях. Корпорация "Де Бирс" всячески продолжала от этих предложений уклоняться. То утверждалось, что хранилища в Лондоне подверглись разрушению в результате немецких бомбардировок, то заявлялось, что для решения вопроса необходима полная инвентаризация стоков... Разведка США последовательно опровергала эти псевдопричины. В конце - концов Рузвельт дал команду Управлению специальных операций (прототип ЦРУ) провести масштабное расследование в целях определения столь странного поведения союзника. Расследование продолжалось примерно два года и выявило множество любопытных аспектов тактики и стратегии "Де Бирс" по монопольной регуляции мирового алмазного рынка. Хотя эти данные противоречили идее свободной конкуренции и вызывали раздражение у адептов классической рыночной демократии, в принципе они были понятны и объяснимы. За исключением одного обстоятельства.
Камни не исполняют желаний. Их исполняем мы сами, четко следуя однажды выбранному пути. - майор Кальтер - Свинцовый закат
От своей агентуры, внедренной в структуры управления ВПК Третьего Рейха, американцы узнали, что в ноябре 1943 года Германия получила технические алмазы в объеме достаточном для 8-ми месячного функционирования своей оборонной индустрии. Источник этой огромной поставки был установлен - Бельгийское Конго. Эта страна управлялась правительством, находящимся в изгнании - в Лондоне. Добыча на месторождениях Бельгийского Конго, осуществляемая компанией "Форминьер", полностью контролировалась "Де Бирс". В Конго был направлен сотрудник разведки под агентурным псевдонимом "Teton", подлинное имя этого человека сегодня неизвестно. Teton смог установить маршрут доставки алмазов из Конго в Германию - через Танжер и Каир, он собрал доказательную базу, подтверждающую, что эти алмазы добыты именно "Форминьер" под контролем "Де Бирс" и даже вскрыл легендирование этого канала - алмазы провозились под видом посылок "Красного Креста". Teton совсем близко подошел к информации об интегральной мощности этого канала и о людях, им управляющих. Но эти данные он получить не успел - был скомпрометирован бельгийской полицией, объявлен персоной нон-грата и выслан из страны.
Работа американских спецслужб позволила предположить, что источником алмазного сырья для военной индустрии Третьего Рейха могла быть "Де Бирс". Это очасти подтверждало и странное нежелание Эрнста Оппенгеймера вывезти стоки "Де Бирс" в США. В этом случае их точный состав и объем становился известен не только кругу избранных сотрудников корпорации, и вопрос - каким образом Германия в 30-е годы стала крупным экспортером алмазного инструмента - отпадал сам собой. После получения "бельгийского досье", Министерство юстиции США инициировало судебное преследование "Де Бирс". Но в 1945 году дело было закрыто безо всяких последствий, если не считать ликвидацию счетов "Де Бирс" в американских банках.
Это было не единственное дело такого рода, рассматривавшееся американской Фемидой. Спецслужбы США собрали внушительное досье на крупнейшую мировую нефтяную компанию "Стандарт ойл". Подробности впечатляли: немецкие экипажи на танкерах "Стандарт ойл", перевалочные базы на Канарах, где нефть перекачивалась в германские танкеры, заправка немецких подводных лодок на специально созданных островных базах, прямые поставки синтетического каучука в Германию и до и после после Перл-Харбора, передача нацистам технологии для производства синтетического горючего, финансовые связи с лидером нацистской оборонной промышленности концерном "ИГ Фарбениндустри", поставка нефтепродуктов в Германию через Испанию и Северную Африку... Только через Франко нацисты получали ежемесячно 48 тысяч тонн техасской нефти! И это - в 1944 году!
В результате сенатских и судебных расследований "Стандарт ойл" понес "заслуженное" наказание за сотрудничество с Гитлером - штраф в 50 000 (пятьдесят тысяч) долларов и конфискацию в пользу государства патентов, полученных от "ИГ Фарбениндустри".
Факты сотрудничества в течение Второй мировой войны крупнейших транснациональных корпораций с нацистами всегда были секретом Полишинеля. Масштаб этого процесса был столь значителен и количество людей, задействованных в нем столь велико, что сохранить это прискорбное явление в тайне или, по крайней мере, предать забвению было невозможно. Фактура по поставкам стратегических товаров (и финансовому обеспечению этих сделок) англо-американскими корпорациями Третьему Рейху многочисленна и достоверна, она изложена в сотнях статей и на страницах впечатляющих монографий, подобных труду Чарльха Хайема "Торговля с врагом" (Charles Highham. Trading With The Enemy: An Expose of The Nazi-American Money Plot 1933-1949. New York, 1983).
В чем же причина этого историчского парадокса, очевидно не совместимого с представлениями о морали, патриотизме и национальных интересах? На протяжении почти всей второй половины ХХ века большинство исследователей достаточно категорично отвечало на этот вопрос - причиной были сверхприбыли. Действительно, Третий Рейх был в состоянии время от времени оплачивать услуги поставщиков стратегических товаров, и оплачивать щедро. Несмотря на то, что к 1936 году золотовалютные ресурсы Германии почти обнулились, а с 1939 года немцы быстро теряли рынки для своего основного экспорта (промышленное оборудование, машины, продукция химпрома, оружие), захват европейских стран, начиная с аншлюса Австрии, позволил Гитлеру оперировать награбленным золотом и прочими конвертируемыми ценностями. Такая возможность была нацистам предоставлена не без помощи английских госструктур. В ноябре 1938 года правительство Чехословакии, обоснованно предполагая скорую оккупацию страны немцами, переправило свой золотой запас - около 80 тонн благородного металла в подвалы Банка Англии. В марте 1939 года, полностью оккупировав Чехословакию, Гитлер попросил это золото вернуть. Руководитель Банка Англии Монтегю Норманн и министр финансов Джон Саймон с просьбой фюрера любезно согласились. Не менее странная история произошла с 200 тоннами бельгийского золота, также возвращенного в Рейх из африканских колоний, куда бельгийское правительство успело его спрятать незадолго перед оккупацией страны. Само бельгийское правительство (и секретная информация о месте нахождения бельгийского золотого запаса) в тот момент находилось в изгнании - в Лондоне. При оккупации Бельгии нацисты захватили в Антверпене приличное количество алмазов ювелирного качества и бриллиантов. Этот дорогостоящий товар отнюдь не был использован в технических целях. Через крупных алмазных дилеров он был реализован в США, в третьих странах были открыты долларовые счета, через которые оплачивались поставки стратегического сырья, в том числе и технических алмазов. Для подобных расчетов использовались также конвертируемые швейцарские франки, которые Германия получала, размещая в банках "цюрихских гномов" награбленное (в том числе и у жертв Холокоста) золото.
Так что у Третьего Рейха было чем заплатить за миллионы карат технических алмазов для своей оборонной индустрии. Некоторые источники утверждают, что "Де Бирс" осуществляла поставки Германии по цене $26 за карат - в 30 (!) раз дороже, чем при поставках для США. Если это соответствует действительности, то можно согласиться с утверждением, что "Де Бирс" внесла неоценимый вклад в падение гитлеровского режима (разоряя его на корню), и одновременно блестяще доказать марксистский тезис о том, что за 300% прибыли капитал способен на любое преступление.
Подобное торжество диалектики все же оставляет место для сомнений в том, что именно сверхприбыли были главной и единственной причиной сотрудничества англо-амариканских корпораций с Германией. Действительно, трудно скинуть со счетов этническую принадлежность владельцев, например, "Стандарт ойл" и "Де Бирс". Если автор "Международного еврейства" Генри Форд еще мог быть в какой-то степени солидарен с автором "Майн Кампф" по "еврейскому вопросу", то от Рокфеллеров и Оппенгеймеров этого ожидать сложно. Можно ли было искушенным бизнесменам мирового уровня уподобиться человеку, который станет продавать патроны гангстеру, приставившему револьвер к его лбу, только потому, что гангстер готов платить втридорога?
Следует также учитывать, что в США и Великобритании во время войны были приняты чрезвычайно жесткие законы, карающие не только экономическое сотрудничество непосредственно со странами Оси, но и с фирмами нейтральных государств, заподозренных в таком сотрудничестве. Эти законы были хорошо обеспечены финансово и организационно, и превентивные службы вполне были способны получать соответствующую информацию (что можно наблюдать на примере того же алмазного "бельгийского досье"). Неужели сверхприбыли оправдывали для корпораций риск конфронтации с государственными институтами в условиях войны?
И наконец, сверхприбыли еще как-то годятся в качестве причины сотрудничества с Третьим Рейхом в тот период, когда он разбухал от захваченных территорий и награбленных ценностей. Но как объяснить поставки стратегических материалов в 1943 и тем более - в 1944 году? Когда уже у Германии не только были исчерпаны финансовые резервы, но даже ее армейская элита не испытывала иллюзий, что военное поражение - только вопрос времени?
Англо-американские корпорации, практически всю войну сотрудничавшие с Третьим Рейхом должны были быть уверены: 1) военная победа Германии, а следовательно и глобальная реализация идеологических установок национал-социализма невозможны, 2) никаких репрессий со стороны государственных институтов за сотрудничество с врагом не последует, несмотря на то, что сами факты станут известны, 3) Третий Рейх должен иметь возможность вести боевые действия до строго определенного момента. Что могло обеспечить такую уверенность?
В 2005 году в Лондоне была издана впечатляющая работа экономиста Гвидо Препарата "Гитлер, Inc. Как Британия и США создавали Третий Рейх". (Guido Preparata "Conjuring Hitler. How Britain and America made the Third Reich" London, 2005). Основываясь на анализе многочисленных документов, в том числе из архива Банка Англии, автор убедительно показал, что англо-американская помощь Третьему Рейху, включавшая как прямые инвестиции, так и "нелегальные" поставки, делалась "не из циничного желания получить доход", но ради будущей реконструкции Европы и прежде всего Германии под эгидой элитарных англо-американских клубов, объединяющих владельцев и высший менеджмент крупнейших транснациональных корпораций, а также первый эшелон политических фигур, обслуживающих корпоративные интересы. Эта книга в известной степени развивает и дополняет работы профессора Стенфордского университета Энтони Саттона (Anthony Sutton) "Уолл-стрит и взлет Гитлера" ("Wall Street and the Rise of Hitler"), "Уолл-стрит и большевистская революция" ("Wall Street and the Bolshevik Revolution"), "Алмазная связь" ("The Diamond Connection"), "Орден "Череп и кости" ("America's Secret Establishment: An Introduction to the Order of Skull & Bones") и ряд других, увидевших свет в 70-х - 90-х годах прошлого столетия.
Работы этого типа (которых в настоящее время становится все больше) по отношению к рассматриваемой проблеме можно интерпретировать следующим образом: Третий Рейх был ни чем иным, как тщательно изготовленным проектом, основной целью которого было окончательное и бесповоротное лишение стран континентальной Европы (Германии в первую очередь) каких - либо притязаний на долю в контроле над мировыми ресурсными рынками. Решить такую задачу можно было, создав на обломках Веймарской республики идеологизированный режим, достаточно сильный, чтобы ввязаться в войну с СССР, но изначально обреченный на поражение в этой кампании. Именно поэтому помощь союзников СССР (легальная) и одновременно Германии (нелегальная) была средством затягивания вооруженного конфликта между советским и нацистским режимами, конфликта, который бы максимально обескровил обе стороны. Экономическая сторона этого процесса (пресловутые сверхприбыли) была второстепенна по отношению к конечному результату: Германия и ее саттелиты навсегда теряли контроль над минерально сырьевой базой Африки и Азии, СССР после победы превращался в замкнутую автаркическую систему, выступающую по отношению к ресурсным рынкам исключительно в роли пассивного продавца сырья, добываемого на собственной территории. Причем такая роль СССР являлась органическим продолжением рассматриваемого проекта и достигалась комплексом мер - от построения "железного занавеса" до неформальных соглашений с некоторыми представителями элиты. При всей дискуссионности эта гипотеза вполне объясняет, почему корпорации, сотрудничавшие с нацистами, отделались чисто символическим наказанием, хотя доказательств их вины было более чем достаточно. Находит объяснение также и то удивительное обстоятельство, что СССР за все время своего существования не предпринял ни малейшего усилия для установления контроля над минерально - сырьевыми ресурсами тех стран, где его мощное военное присутствие без труда могло такой контроль обеспечить. Хотя наиболее впечатляющим примером такого рода служит Ангола, но СССР не мог контролировать даже нефтяной комплекс Румынии - страны, входившей в СЭВ.
Содержание неформальных переговоров элит противоборствующих государств конечно не протоколируется, поэтому многие исторические загадки и трудно объяснимые парадоксы навсегда таковыми и останутся. Но сам факт таких контактов уже может быть достаточно красноречив. В конце XIX века создатель "Де Бирс" Сесил Родс основал "Круглый стол" - элитарный клуб, площадку для консультаций людей, располагающих финансовыми и политическими инструментами, позволяющими влиять на исторический процесс. Членами этого объединения, среди прочих влиятельных джентльменов были Монтегю Норманн (руководитель Банка Англии), Эрнст Оппенгеймер (владелец "Де Бирс"), Ялмар Шахт (министр финансов третьего Рейха).
Источник - www.rough-polished.com/ru/
Камни не исполняют желаний. Их исполняем мы сами, четко следуя однажды выбранному пути. - майор Кальтер - Свинцовый закат
