Три десятка лет прошло с тех пор, как 26 апреля 1986 года взорвался четвертый энергоблок ЧАЭС. Последствия ощущаются до сих пор. А тогда это был шок даже для такой сверхдержавы, как СССР. Но огромная работа по снижению последствий аварии проделана была, не смотря на шок.
Были задействованы все возможные ресурсы — наука, армия, промышленность. Вся промышленность. В том числе автомобильная. В том числе МАЗ. О специальном седельном тягаче МАЗ-504В, созданном в Минске для ликвидации последствий аварии на ЧАЭС, наш рассказ.
О том, что такой спецМАЗ вообще существовал, я узнал в 2009 году, благодаря коллекционной модели в масштабе 1/43, которую выпустила минская мастерская Ad Modum.
01. Однако именно эта модель делалась «по опросам очевидцев», то есть со слов, без визуальных материалов. На тот момент считалось, что фотографий «Чернобыльского МАЗа» либо не существует, либо они не сохранились. В любом случае попытка Ad Modum сберечь память об уникальном МАЗе хотя бы в таком виде заслуживает большого уважения.
Естественно, как и во всех подобных случаях (еще никому не удавалось создать точную модель «со слов»), говорить об исторической достоверности не приходилось. Но сама по себе тема «Чернобыльского МАЗа» тронула за душу. Задача найти информацию по подлинному прототипу стала для меня чем-то вроде дела чести. И… Кто ищет — тот всегда найдет. Уникальные архивные снимки в итоге обнаружились.
02. Подлинный «Чернобыльский МАЗ» выглядел вот так:
03. За основу был взят стандартный «конвейерный» седельный тягач МАЗ-504В, который подвергли противорадиационным доработкам и перекрасили в военный цвет «Защитный МЛ-12».
04. Заводскую эмблему не стали устанавливать. Отпала необходимость и в правом стеклоочистителе. Из кабины «выкинули» всю внутреннюю обшивку и на водительское место вставили капсулу из листового свинца толщиной 10 мм. Внутрь капсулы водитель попадал со стороны пассажирской двери через герметичный люк.
05. На крыше смонтировали военную фильтровентиляционную установку ФВУА-100Н-24. Она обеспечивала избыточное давление внутри капсулы и препятствовала попаданию внутрь радиоактивной пыли.
06. «Обзор» из капсулы обеспечивался через маленькое окошко в броне. Использовали пластину (вероятно, хрустальную) размером 400х400 мм. Толщина стекла составляла внушительные 100 мм.
07. Свинцовая капсула получилась очень тяжелой. Её собственная масса составляла более 3 тонн. Естественно, машину перекосило на бок. Не помогли даже дополнительные листы, добавленные в рессоры.
08. В связи с ухудшившейся (фактически исчезнувшей) обзорностью полностью изменили систему кронштейнов для зеркал заднего вида.
Таким образом, «Чернобыльский МАЗ» обладал не только внутренними, но и существенными внешними отличиями от серийных седельников МАЗ-504В. Все эти нюансы очень важны для моделистов, поэтому…
09. На основе найденных архивных фотографий мастерская Ad Modum сделала правильную коллекционную модель.
Вспоминая МАЗовский спецавтомобиль, нельзя не упомянуть тот факт, что технику для ликвидаторов аварии на ЧАЭС строили и другие предприятия.
За атомную энергетику в СССР отвечало Министерство среднего машиностроения, владевшее большим количеством предприятий, в том числе и Чкаловским авторемонтным заводом, выпускавшим автобусы «Таджикистан». Не удивительно, что именно подведомственный Минсредмашу ЧАЗ первым построил спецмашину для Чернобыля.
13. В экстренном порядке в Чкаловске (он же закрытый город Ленинабад-30) сделали несколько партий 20-местных спецавтобусов Таджикистан-3205 со свинцовыми панелями в обшивке кузова и системой фильтрации воздуха. Их сразу же прозвали «свинцобусами».
Фото из коллекции Дениса ДЕМЕНТЬЕВА
Все 50 с небольшим построенных экземпляров имели измененную конструкцию пассажирских сидений, при которой приходилось сидеть почти на самом полу.
С момента получения заказа до отгрузки первой партии из 10 «свинобусов» прошло всего 15 дней: в июне 1986 года на них уже ездили ликвидаторы, строившие «саркофаг».
Известны и точные даты, в которые Чернобыльское задание выполнил и Кременчугский автозавод. Первый экземпляр специального автомобиля КрАЗ-256Б1-030 выехал из ворот экспериментального цеха 10 июля 1986 года.
В дальнейшем от кабины отказались и стали использовать только капсулу. Всего в Кременчуге построили 18 самосвалов-ликвидаторов КрАЗ-256Б1-030. Последние образцы были собраны 27 июля.
«Чернобыльское» задание было и у ЗИЛа. В Москве построили специальные версии грузовиков ЗИЛ-130 с защитной капсулой в кабине и ФВУ на крыше. На базе этих шасси были сделаны поливо-моечные машины для обработки зараженных территорий дезраствором.
Еще известно, что специальные большие «свинцобусы» для ЧАЭС строил Львовский автобусный завод.
Снимок группы «Чернобыльских МАЗов» у Экспериментального цеха №1 Минского автозавода датирован 1 августа 1986 года. Значит, МАЗы появились в окрестностях Припяти сразу после КрАЗов. Предположительно спецМАЗы предназначались для работы в паре с полуприцепами-панелевозами.
Точное количество изготовленных для ЧАЭС специальных седельных тягачей МАЗ-504В пока не известно. По одним данным — четыре, по другим — шесть экземпляров.
Минский автозавод работал над Чернобыльской темой максимально оперативно и с заданием справился. Это был единственный подобный опыт. Надеемся, он никогда больше не потребуется ни МАЗу, ни кому-либо другому.
Чернобыльская авария стала трагедией мирового масштаба, ликвидация ее последствий потребовала концентрации ресурсов и усилий всей страны. Перед отечественными автозаводами, в том числе и перед КрАЗом, была поставлена нелегкая задача: в сжатые сроки создать специальные автомобили, способные работать в зоне высокого радиационного заражения.
Никто ранее подобных задач не ставил, поэтому конструкторам предстояло решать проблему с «чистого листа». В управлении главного конструктора КрАЗа была создана рабочая группа, куда вошли лучшие инженеры-конструкторы автозавода. Ведущим конструктором по автомобилю-ликвидатору был назначен инженер-конструктор Виктор Холявко.
Ведущий конструктор автомобиля-ликвидатора Виктор Холявко (снимок 1986 г.)
Сообщение о том, что необходимо изготовить партию самосвалов для ЧАЭС, поступило на завод в воскресенье вечером 22 июня 1986 года. Поскольку автомобиль предназначался для вывоза высокорадиоактивных обломков конструкций 4-го энергоблока ЧАЭС и требовалась его высокая надежность, было принято решение создать специальный автомобиль на базе хорошо проверенного самосвала КрАЗ-256Б1.
Главная задача, которую предстояло решить конструкторам, – надёжная защита водителя автомобиля от воздействия радиоактивного излучения. Для этого требовалось поместить водителя в специальную герметичную непроницаемую для радиации капсулу и обеспечить его продуктивную работу.
Создавая конструкцию капсулы, сначала пытались поместить ее внутри серийной кабины (точнее, на капсулу, закреплённую на раме, сверху «надеть» серийную кабину без пола). Одна из причин такого решения заключалась в требовании заказчика обеспечить маскировку капсулы, а значит, и назначение автомобиля.
Но когда стали размещать фильтровентиляционную установку ФВУА-100Н, столкнулись с необходимостью серьёзной доработки конструкции серийной кабины. Было принято решение не ставить кабину, т. е. пожертвовать маскировкой для обеспечения сроков поставки автомобилей.
Изготовление самой капсулы тоже оказалось делом не из легких. Ее сваривали из специальных слоёных панелей. Наружные слои выполнялись из стального листа толщиной 3 мм, а внутреннее пространство заливалось свинцом. Толщина свинцовой прокладки на панелях пола составляла 30 мм, на боковых стенках – 25 мм, на крыше – 12.
Для изготовления первого образца потребовалось большое количество свинца, его свозили со всех предприятий Кременчуга. А для изготовления партии машин пришлось в срочном порядке организовывать доставку 60 т свинца из Казахстана.
Окна кабины сделали из специального противорадиационного стекла размером 300х300 мм и толщиной 75 мм. Стеклоблоки были прозрачными, с темно-желтым отливом. Блоки, которые выполняли роль ветрового стекла, обрамлялись свинцовыми рамками и сверху оборудовались серийной половинкой ветрового окна самосвала КрАЗ-256Б1 с установленным пневматическим стеклоочистителем.
Первый опытный образец КрАЗ-256Б1-030
Из-за задержки с поставками стеклоблоков из Москвы капсулы на первых восьми образцах не имели боковых стекол. Внутренняя обивка кабины была выполнена из винипласта толщиной до 8 мм.
Каждая изготовленная капсула проходила проверку на радиоактивную проницаемость. В тех местах, где обнаруживалось проникновение радиации, дополнительно устанавливались наружные накладки из свинца.
Проверку проводили специалисты Восточного горно-обогатительного комбината из города Желтые Воды. Это единственное предприятие на Украине, которое занимается добычей и переработкой урановых руд. Кроме этого здесь организовано производство различного радиометрического оборудования для контроля уровня радиации.
Свинцовая капсула получилась очень тяжелой. Её вес превысил три тонны, и, главное, он неравномерно распределялся на ходовую часть самосвала. Потребовалось усиление левого лонжерона рамы, левой передней рессоры и введение в конструкцию автомобиля специального надрамника.
В связи с увеличенной нагрузкой в левом переднем колесе повышали давление до 7,5 кгс/cм2 вместо положенных 6,5 кгс/cм2, а чтобы с него не срывало замочное кольцо, его крепили прижимами с приваренными предохранительными планками.
Для облегчения управления утяжелённым на одну сторону автомобилем насос гидроусилителя рулевого механизма отрегулировали на повышенное давление до 80 кгс/cм2 по сравнению с обычным давлением 65 кгс/cм2.
Попытка замаскировать свинцовую капсулу, накрыв её стандартной кабиной. Но от этого варианта пришлось отказаться
Для гарантированной защиты водителя от радиоактивного излучения и обеспечения герметичности капсулы механические приводы управления автомобилем были заменены на гидропневматические и пневмоэлектрические. Например, был установлен гидропневматический привод управления сцепления, а на среднем мосту установили энергоаккумуляторы с пневматическим управлением. Чтобы не мудрить с приводом управления раздаточной коробки, его вообще не устанавливали, а в самой «раздатке» была постоянно включена понижающая передача, которую выключали в нейтральное положение электропневмоприводом.
Работа фильтровентиляционной установки обеспечивалась от генератора двигателя, а в случае его остановки – от аккумуляторных батарей, количество которых увеличили до четырёх.
Для исключения непроизвольной остановки двигателя водителем и отсутствия возможности его повторного запуска при неисправных батареях рукоятку ручного управления подачи топлива и остановки двигателя вынесли наружу. Теперь остановить двигатель можно было, только открыв дверь капсулы.
Для упрощения конструкции на автомобиль не устанавливали отопитель кабины. Предполагалось, что работы по ликвидации последствий аварии на ЧАЭС будут закончены до зимних холодов.
Первый образец специального самосвала выехал из ворот экспериментального цеха 10 июля, а на следующий день он был обкатан в районе Кременчуга.
Виктор Холявко вспоминает: «Автомобиль КрАЗ-256-030 своим ходом выехал с завода. Мы никак не могли привыкнуть к тому, что кабина внутри небольшая, да и окно только одно – спереди. Обзор по сторонам – только по зеркалам. Зеркала ставили по 4 штуки на автомобиль (2 – для заднего обзора, 2 – для бокового), все они полусферические. Был непривычен сильный гул – это шумел воздух, нагнетаемый фильтровентиляционной установкой внутрь капсулы. Проехали по шоссе через село Песчаное (под Кременчугом) и в центре села, свернув с трассы, выехали на его западную окраину, где «чернобыльский» автомобиль вывели на кочковатый луг, заросший травой. Наши сомнения о проходимости автомобиля (хотя и без груза, но с утяжелённым «передком») рассеялись – автомобиль уверенно двигался по лугу, в низких местах которого сквозь траву проблескивала вода. Ездили с закрытой дверью капсулы, двигались и передним, и задним ходом, имитировали подъезд к экскаватору, в роли которого выступала одинокая верба. После одной-двух проб мы быстро освоились. Управление автомобилем не вызывало проблем даже при маневрировании задним ходом. Ориентировались только по зеркалам».
Пробег по шоссе и грунтовым дорогам составил 26 км. После ряда доработок самосвал отправили в Чернобыль, не дожидаясь изготовления всех машин.
В течение следующей недели автозаводцы завершили сборку первой партии из семи специальных самосвалов. Они были немедленно отгружены на ЧАЭС по железной дороге. Последние КрАЗы из специальной промышленной партии были сданы 27 июля, т. е. практически через месяц после получения задания.
Всего было изготовлено 18 самосвалов-ликвидаторов. Шасси автомобилей собирали на главном конвейере, установку капсулы для водителя и другие доработки выполняли в экспериментальном цехе завода.
Автозаводцы, выполнявшие этот важный заказ, трудились самоотверженно. В две, а то и три смены. Никто не жаловался, так как все понимали важность его выполнения.
Наиболее отличившиеся работники завода были отмечены правительственными наградами. Слесарь механосборочных работ Василий Сопин был награжден орденом «Знак Почета», сварщики Иван Карпа и Борис Борисов получили медали «За трудовую доблесть», слесарь Василий Копичко был отмечен орденом Трудовой Славы третьей степени, заместитель начальника экспериментального цеха Вячеслав Волчок получил Грамоту Верховного Совета СССР.
Дальнейшая судьба этих автомобилей точно неизвестна, но с большой долей вероятности можно предположить, что после завершения всех работ они закончили свой путь в специальном земляном могильнике по захоронению зараженной техники в селе Буряковка, что неподалеку от ЧАЭС.
В 1986 году в связи с катастрофой на Чернобыльской атомной электростанции Львовский автобусный завод разработал и выпустил специальную версию автобусов, оснащённых защитой от радиоактивной пыли и гамма-излучения. Машины получили индекс ЛАЗ-692 и создавались они на базе ЛАЗ-695Н.
От серийных машин они отличались установленными на них свинцовыми листами, которые закрывали большую часть окон. С крыши же демонтировали люки, а салон оснастили системой фильтрации воздуха.
