Дмитрий Горчаков рассказал, что урановые «хвосты» не опаснее хлора и соляной кислоты
Greenpeace объявил о возобновлении ввоза переработанного урана из Евросоюза в Россию, на Уральский электрохимический комбинат (УЭХК) в Новоуральске. Экологи-общественники ссылаются на немецкие федеральные власти и сообщают, что на УЭХК компания Urenco уже отправила более 3,5 тысячи тонн урановых «хвостов», а с 2019 по 2022 год планируется отправить 12 тысяч тонн. По мнению Greenpeace ввоз остатков ядерного производства в Россию незаконен.
Екатеринбургский популяризатор науки, физик-ядерщик, научный сотрудник компании «Эксорб» Дмитрий Горчаков написал колонку, в которой объяснил, почему урановые «хвосты» не так опасны, как представляют экологи, и чего все-таки стоит остерегаться в этой истории.
Сегодня утром прогремела новость (инициированная заявлениями Гринписа) о возобновлении ввоза в Россию якобы радиоактивных отходов из Европы. Причем ввоза к нам, под Екатеринбург, в Новоуральск.
Для меня вся эта история пахнула событиями десятилетней давности, поскольку именно тогда она была у нас в первый раз (ох, я тогда по бурной и горячей молодости славно «рубился» на эту тему с гринписовцами и прочими экологами в жежешечке), и поэтому, собственно, сейчас и говорят, что ввоз не начался, а возобновился. И ввозит все та же европейская, англо-германо-нидерландская компания Urenco.
Но многое изменилось за десять лет. Например, законодательство об обращении с РАО в России существенно улучшилось, а вот ситуация с независимыми общественными организациями, в том числе экологическими — ухудшилась, в силу общего давления на гражданские институты. При этом, что характерно, суть проблемы и аргументация сторон практически не изменились.
В чем суть? Давайте по пунктам.
1. Немного матчасти. Природный уран состоит на 0,7% из изотопа уран-235 и на 99% — из изотопа уран-238. Для использования в атомной энергетике или ядерном оружии, так уж ядерная физика нам говорит, необходимо увеличить долю урана-235 минимум до 3–4% (для АЭС), а порой и до 90% (оружейный уран). Повышают эту долю в процессе обогащения на специальных центрифугах на комбинатах, крупнейший из которых (по-моему, даже в мире) находится как раз в Новоуральске (это УЭХК).
При этом из природного урана получается полезный, обогащенный до нужной величины по 235-му изотопу уран и отвальный (так называемые «хвосты») уран — обедненный по 235-му изотопу до 0,3–0,2%, а то и ниже. Причем второго по объему гораздо больше (грубо — 90%).
2. Обогащением урана США и Россия (СССР), а также всего несколько других стран занимаются уже более полувека, и обедненного урана накоплено уже до фига. При этом технологии обогащения не раз менялись и до сих пор постоянно совершенствуются. Тот уран, что шел в отвал раньше, теперь вполне может использоваться снова как сырье, из которого можно извлекать все больше урана-235.
При этом технологии даже на текущий момент не везде одинаковые. В России, и тут есть чем гордиться, технология центрифужного обогащения самая эффективная и дешевая (хотя ничто не вечно и Китай активно учится, в том числе и обогащению). Поэтому то, что у европейской Urenco (а это вторая по величине после росатомовского ТВЭЛа компания в мире, которая занимается обогащением урана) уже идет в отвал, у нас может обогащаться дальше с получением полезного продукта.
3. Так отходы к нам везут или нет? Это самый важный вопрос, и он скорее мировоззренческий, так как с юридической точки зрения все довольно четко: это не отходы. В этом смысле Росатом, заявляющий, что Гринпис занимается дезинформацией, по-своему прав.
По российским законам, радиоактивные отходы — это то, что уже не подлежит дальнейшему использованию. А если подлежит — то это не отход. Ведь и бытовой мусор при наличии нужных технологий может превратиться из мусора в сырье для вторичной переработки. Так вот наши технологии обогащения урана позволяют из европейского «мусора» как из вторсырья получать полезный продукт, который возвращается заказчику, а вторичный обедненный уран формально тоже еще не отход, так как в дальнейшем (теоретически) тоже может использоваться для получения других полезных продуктов — топлива для быстрых реакторов (это российская фишка, у европейцев такой опции нет).
Американцы, например, из обедненного урана одно время делали броню для танков, сердечники для снарядов и даже противовесы для гражданских боингов. Но это чисто юридически все понятно, а по духу, конечно, вопрос остается дискуссионным.
В разных странах ответы на эти вопросы разные, и зачастую это результат даже не техники, а общественного договора внутри страны. Например, то же отработанное ядерное топливо где-то (в США, Швеции и др.) считается отходом и подлежит захоронению, а в других странах (Франция, Россия) считается сырьем, хранится и перерабатывается. И это нормально.
Другое дело, что уровень учета мнения общественности и работа с гражданским обществом в разных странах разные. И вот на этих противоречиях и разных подходах и сталкиваются мнения Гринписа и немецких «зеленых» с одной стороны (типа это аморальное лукавство) и атомщиков и Росатома — с другой (типа все законно и технологично). А растерянная российская общественность, вернее та ее часть, которая обеспокоена этим вопросом, теряется в догадках, кому верить и чего бояться.
4. Теперь касательно того, что от всех этих переработок остается в России и пытаются ли у нас сделать ядерную свалку (спойлер: нет, хотя, опять же, как посмотреть).
Дело в том, что после обогащения остается вторичный, еще более обедненный уран, которого по объему около 90% от исходного. И он остается в России. Можно и его рассматривать как будущее сырье (теоретически — ведь, пока он не так востребован, своего 1 млн тонн тоже хватает), но по факту он еще долгое время будет просто храниться у нас.
В этом смысле некоторая доля правды в словах Гринписа, говорящего о том, что под видом переработки большая часть этого материала завозится в Россию и тут остается, есть. То есть отношение к этому урану — это вполне себе место для общественной дискуссии, но где же у нас ее проводить, если даже Госдума для нее не место?
На мой взгляд, было бы более справедливо отправлять [оставшийся после переработки уран] обратно, так как выгоды в накоплении его запасов на будущее не так очевидны. Нам и своего хватит, а риски добавляются. И тогда вопросов вообще бы не было, а были бы почти (об этом «почти» — ниже) одни плюсы: мы зарабатываем на технологиях обогащения, европейцы получают полезный продукт, а менее востребованный отвальный уран забирают к себе.
5. Про «почти». Все бы хорошо, и можно было бы возить уран туда-сюда для переработки, но сама транспортировка, как и хранение урана, потенциально все же связана с риском. Как и любая технология, впрочем.
Этот риск связан даже не с радиацией — в обедненном уране более активного изотопа меньше, то есть он менее радиоактивный, чем природный уран, а даже обогащенное урановое топливо можно безопасно держать в руках и находиться рядом с ним (проверено на себе). Но вот с химической точки зрения эта штука будет пострашнее.
Уран перевозится и перерабатывается не в чистом виде, а в форме соединения с фтором — гексафторида урана. При контакте его с влагой возможно образование кислоты. Поэтому перевозят и хранят его в герметичных металлических контейнерах.
Тут надо понимать, что мы опять имеем дело с некоторой радиофобией и предвзятостью. Подобных материалов, токсичных и химически опасных, типа хлора, аммиака, соляной кислоты и др., ежедневно производится и перевозится на порядки больше, чем гексафторида урана (поэтому часто встречается аббревиатура ОГФУ — обедненный гексафторид урана). И с подобными опасными веществами люди умеют работать.
Хотя это не отменяет необходимости тщательного контроля за такими процессами, в том числе и со стороны общественности. Но особое внимание у нас почему-то уделяется именно тому, что связано с радиацией и ядерными страшилками. Так что давайте как-то без лишней паники и с большим вниманием к чужому мнению.
Дмитрий Горчаков - физик-ядерщик, научный сотрудник компании «Эксорб»
Камни не исполняют желаний. Их исполняем мы сами, четко следуя однажды выбранному пути. - майор Кальтер - Свинцовый закат
Глава Международного агентства по атомной энергии (МАГАТЭ) Рафаэль Гросси заявил в четверг, что, несмотря на “небольшое повышение” уровня радиации в Чернобыле, он все еще “значительно ниже разрешенного уровня”, сообщает CNN.
По его словам, нынешний уровень радиации на ЧАЭС “в три и более раз ниже разрешенного уровня для работников в зонах, подвергшихся воздействию радиации”.
“Ситуация не та, которую можно было бы оценить, как представляющую большую опасность для окружающей среды или людей”, — добавил он.
Эксперты МАГАТЭ находились на площадке ЧАЭС несколько дней назад, чтобы измерить уровень радиации после того, как атомная электростанция вновь перешла под контроль Украины. Камни не исполняют желаний. Их исполняем мы сами, четко следуя однажды выбранному пути. - майор Кальтер - Свинцовый закат
«После проведения соответствующих анализов стало известно текущее состояние Запорожской АЭС. Утечки радиации не замечено, также в пределах нормы находится противопожарное и экологическое состояние станции. Причин для беспокойств нет, все функции пребывают в пределах нормы. Мы будем продолжать вести мониторинг за объектом, однако видимые причины для беспокойства отсутствуют», — сказано в уведомлении.
Замеры показали, что радиационный фон на промплощадке составляет 11 микрорентген в час. Относительно санитарно-защищенной зоны показатели равны -12 мкР в час.
Как отметили в ведомстве, данные показатели вполне нормальны для Запорожской АЭС. Следовательно, причин для беспокойства нет. Камни не исполняют желаний. Их исполняем мы сами, четко следуя однажды выбранному пути. - майор Кальтер - Свинцовый закат
Появились срочные сообщения о том, что на Запорожской атомной электростанции находятся крупные запасы плутония и обогащенного урана. Об этом пишет в Twitter журналист издания Wall Street Journal Лоуренс Норман со ссылкой на данные от генерального директора МАГАТЭ Рафаэля Гросси. Уточняется, что речь идет о 30 тоннах плутония и 40 тоннах обогащенного урана. Эти радиоактивные металлы могли-бы использоваться для создания ядерного оружия. Источник: сам твит
Напомним, что президент Украины Владимир Зеленский на Мюнхенской конференции 19 февраля 2022 года пригрозил пересмотреть отказ от наличия собственного ядерного оружия в стране.
Камни не исполняют желаний. Их исполняем мы сами, четко следуя однажды выбранному пути. - майор Кальтер - Свинцовый закат
Гадский-Папа, а не многовато ли? Не, еслиб 30 и 40 килограмм, то можно поверит, но когда это в тоннах, то попахивает либо дезой, либо готовящейся провокацией.
